Статья о Б. Ф. Тарасове

все статьи
0

04 июля 2021

Борис Федорович Тарасов — 1922 г. р., полковник в отставке, участник Великой Отечественной войны с 22 июня 1941 года по 12 мая 1945 г., участник Парада Победы, участник ликвидации последствий аварии на ПО «Маяк» в 1957 г, ветеран атомной отрасли. Прошел Воронежский, Юго-Западный Степной, 2-й Украинский фронты.

Имеет два Ордена Боевого Красного Знамени, Орден Отечественной войны 1-й и 2-й степени, Орден Красной звезды, медаль «За боевые заслуги», Орден Чехословакии и еще 32 медали.

Борис Федорович Тарасов родился 3 августа 1922 года в селе Архангельском, Истринского района Московской области, в крестьянской семье, в которой было 14 детей. Борис Федорович был 11-м ребенком. «Жили мы стена к стене у церкви Михаила Архангела. Жили очень дружно. Ни одного момента не вспомню, чтобы кто-то кого-то обидел. Папу пригласили в церковь, где он был помощником у священника, т. е. дьяконом. И это было в 30-е годы. Когда в 1934 году начали арестовывать церковных служителей, так и он попал тоже. Мне было 12 лет. Плакали, ревели. Было тяжело, но не побирались.

Во время каникул до 10 класса я все время работал в колхозе. За мной была закреплена лошадь Пегий, и я возил с полей и свеклу, и морковь, и капусту. Все меня встречали и кричали: „Вот Борис едет, сейчас он с грядок все вытащит“. И мешки, и корзинки, все, что только было, сам грузил на телегу, а потом и разгружал. Приучали меня и косить. Косырям давали по четвертинке водки и хлеба на закуску, а нам, мальчишкам двойную порцию хлеба. И вот учили косить, возить навоз, кучи раскладывать. Деньги же раньше не платили, а выдавали овощами и все, что росло, все попадало к нам на стол, но трудиться приходилось в полную меру сил. Ни куда не бегали, не знали ни каких клубов, ничего. Абсолютно ничего не знали».

Школу Борис Федорович закончил 14 июня 1941 года, а 19 июня 1941 года поступил в Подольское военное училище. 22 июня 1941 года на площади училища они со всеми курсантами из развешанных репродукторов слушали речь Молотова о начале войны с немецкими захватчиками.

В мае 1942 года он закончил Рижское военное пехотное училище, куда перевели новобранцев. «И опять, какой труд пришлось в свое время выдержать. Все время думаю, как такое можно было выдержать. В этом училище в апреле нас подняли на реку Белая в Башкирии. Началось наводнение и туда нас направили спасать население. А когда я учился в 1938 году в 6 классе, нас повезли на тушение пожара в Шатуру, торфяники горели. И на моих глазах водовоз, который возит воду, провалился полностью и с лошадью и человеком. Так что я этого ужаса насмотрелся вдоволь. И на реке Белая спасали тонущих людей. Так что я еще в школьные годы участвовал в спасательных операциях.

-Спасатель по жизни.

-Точно. Совершенно верно. Но самое главное разучился хныкать. Этому я приучал и старался приучить своих младших братьев».

В мае 1942 года Борис Федорович уже в звании лейтенанта был на передовой под Воронежем, куда был отправлен в должности командира стрелкового взвода 243 отдельного пулеметно-артиллерийского батальона 75-го укрепрайона Воронежского фронта. Но прежде чем он увидел неприятеля, ему пришлось столкнуться с гораздо более омерзительным явлением — изменой. На узловой станции Курбатово, куда прибыл их эшелон, в результате саботажа скопилось 13 военных эшелонов. «На нас налетела целая армада самолетов, — рассказывает Борис Федорович, настолько была жесточайшая бомбардировка, что от наших эшелонов остались только единицы вагонов с новобранцами. Те, кто выжил, прибыли на фронт практически безоружными, так как все было уничтожено во время этого налета. Немцы знали о нашем плачевном положении с оружием и боеприпасами и забрасывали нас листовками с призывами сдаваться, но, не видя результата, сбрасывали на нас наш же сельскохозяйственный инвентарь: плуги, телеги, железные и деревянные бочки и прочее, что они насобирали в наших колхозах. Все это происходило под омерзительный вой сирен, от чего у многих шла кровь из ушей и некоторые даже глохли. Навсегда я запомнил эту дату — 28 июня 1942 года,11 часов утра, жаркий летний день. Нас под Воронежем здорово разгромили, мы отошли. А что было делать? На нас идут немецкие танки, а с нашей стороны ни одного выстрела, так как нечем стрелять. Было 12 новеньких в заводской смазке „катюш“, но они не дали ни одного выстрела, пришлось их взорвать при отходе. Мы попали в окружение и выходили. Нас было больше, а вышло 21 человек, выходили по группам. Оружие брали у погибших..... А потом уже война пошла полным ходом».
Вскоре положение нормализовалось, и войска стали получать оружие, артиллерию, танки. Наступила пора побеждать. «Тяжелейшая обстановка была при битве за Воронеж. И нас бросали, куда нужно, туда и бросали, где тяжело, туда и направляли. Это как Жукова и Рокоссовского, которых всю войну направляли в самые трудные места. Кто кого спрашивал? Как решили, так и направляли. Так и нас. Не успеешь закопаться, как снова на другое место, опять менять огневые рубежи. Так и гоняли».

В августе 1942 года Б. Ф. Тарасов был назначен командиром стрелковой роты 305-й стрелковой дивизии, которая с успехом участвовала в жесточайших боях Курской битвы, в знаменитом танковом сражении под Прохоровкой. Здесь на участке фронта шириной в 10 км 12 июля 1943 года сошлись с обеих сторон около 1500 танков. Разбив противника на Курской дуге, наша армия развивала успех, освобождая город за городом.

Утром 5 августа 1943 года части 305 —й стрелковой дивизии ворвались в старинный русский город Белгород. А в полночь 5 августа 1943 года, тишина московских улиц была нарушена мощной артиллерийской канонадой. Это был первый за время Великой Отечественной войны артиллерийский салют, восславляющий освобождение городов Орла и Белгорода. С той поры и Орел, и Белгород стали именовать «городами первого салюта» — это название приобрело полуофициальный статус. 12 праздничных залпов прогремели, в том числе и в честь воинов 305-й дивизии, отличившейся при освобождении Белгорода, за что ей было присвоено почетное название «Белгородская».

«6 ноября 1943 года меня ранило это уже второй раз. 4 осколка у меня в ногах. Меня направили в город Синельниково. Это 40-45 км от Днепропетровска. Привезли нас раненых в школу, расположились на территории, прилегающей к школе на свободные места. Кто тяжелый, а кто полегче, с легкими ранениями, так они сами передвигались. А в школе ни окон, ни дверей. Стекол нет, рамы вышиблены. А у нас у кого бушлаты, у кого телогрейки, у кого наши шинели, у кого фашистские шинели. Вот этим и утепляли все проемы. На первую операцию меня на носилках надо было поднять на второй этаж. А в этот момент налет. Тогда носилки со мной оставили и все убежали вниз, а я привязанный на носилках, и не я оди, н остался, и, слава Богу, все обошлось. Потом кончилась бомбежка, нас забрали. Сделали операцию, один осколок убрали. А дальше перевели в другой госпиталь, где убирали другие осколки».

И вновь фронт, участие в тяжелых боях по освобождению Харькова, который неоднократно переходил из рук в руки. Борис Федорович освобождал Днепропетровск, Днепродзержинск, Павлоград, и Кривой Рог.

«В Кишиневе нам зачитали приказ, довели до сведения о том, что наше руководство страны принимает решение форсировать реку Прут и приступить к освобождению народов Европы за рубежом. Обрадовали. Многие, конечно, расстроились. Днепровская операция жестокая была, где столько полегло наших, а теперь Прут, Румыния».

Борис Федорович выбивал врага из Румынии, штурмовал Будапешт, Вену и еще десятки городов. В 22 года он принял командование усиленным батальоном, в котором помимо штатного состава более 1000 человек и вооружений, находились крупнокалиберные минометы, артиллерия, танковая и огнеметная роты. «Под Будапештом 31 декабря 1944 года мне командир полка и командир дивизии дают приказ: „Сынок, держись. Тебе идти с батальоном на парламент“. Я выполнил с честью эту задачу. Жестокие бои были. Внезапным ударом взял венгерский парламент, а следом был новый приказ: нашей 297-й стрелковой Славяно-Кировоградской ордена Богдана Хмельницкого дивизии брать дворец венгерского диктатора генерала Хорти и мой батальон шел первым эшелоном. Однополчане не скрывали горестных эмоций: обнимались и прощались со мной. Дворец же был превращен в неприступную крепость. Его-то мы взяли, но от моего батальона осталось 13 человек! А было больше тысячи солдат — все там остались лежать, кто при переправе через Дунай, кто в уличных боях, кто при штурме дворца. А еще мне придали роту венгров, да только они все разбежались за две недели боев. 13 февраля 1945 года мы освободили Венгрию, а 13 апреля 1945 года освободили Вену».

За взятие города Будапешта Борис Федорович Тарасов был награжден Орденом Красного Знамени, хотя командованием 1059 Стрелкового полка 297 Стрелковой Славяно-Кировоградской дивизии Борис Федорович был представлен к званию «Героя Советского Союза». О его подвиге четко изложено в наградном листе, копия которого хранится у Тарасова:

«В боях по ликвидации окруженной в городе Будапеште немецко-фашистской группировки с 1-го по 19 января 1945 года старший лейтенант Тарасов проявил исключительное мужество и личное геройство. Батальон под его командованием в девятнадцатидневных боях разгромил превосходящие силы противника, уничтожил до 900 и взял в плен 3900 солдат и офицеров противника, уничтожил 12 танков, 6 бронетранспортеров и 3 самоходных орудия „фердинанд“, уничтожил и захватил у противника до 220 автомашин с грузами, 26 орудий, 19 минометов, 45 пулеметов, занял 9 крупных складов с продовольствием, боеприпасами и вооружением. Штурмуя укрепления противника тов. Тарасов в течение 19 суток находился в боевых порядках рот, руководил боем и лично водил батальон на штурм укреплений врага. Батальон под командованием т. Тарасова отразил десятки яростных контратак противника. Ни „фердинанды“, ни „тигры“ не смогли удержать бойцов воодушевленных геройским подвигом своего командира. Батальон первым достиг реки Дунай, освободив от противника левобережную часть города Будапешт.
Старший лейтенант Тарасов достоин присвоения ему звания „Героя Советского Союза“
Командир 1059 Стрелкового полка Басин
23 января 1945 года»

Новое правительство Венгрии за взятие дворца Хорти и здания парламента наградило Бориса Федоровича автомобилем «опель», саблей, верховой лошадью, породистой собакой-овчаркой по имени Рекс, ружьем 16 калибра и фаэтоном. Лошадь кстати солдаты назвали Ракетой. Борис Федорович передал полученные подарки командиру дивизии и начальнику военного училища в г. Ачинске.

О конце войны Борис Федорович вспоминает с горечью: «Уже объявили капитуляцию Германии, мы уже праздновали Победу, но тут наступил приказ двигаться на Прагу, где еще продолжали драться эсэсовцы. И так много было убито наших солдат уже после капитуляции, после окончания войны. Один только мой батальон потерял более трехсот человек за эти дни. Маршал Конев, руководивший этой операцией тогда, сказал, что для него, как командующего фронтом, война окончилась 11 мая 1945 года, а для меня, как командира усиленного стрелкового батальона война закончилась только вечером 12 мая 1945 года».

За боевые заслуги Борис Федорович Тарасов награжден двумя орденами Красного Знамени, орденами Отечественной войны 1 и 2 степени, орденом Красной Звезды, орденами союзных держав, имеет 34 медали.

«Но главной наградой для меня стала возможность участвовать в Параде Победы на Красной площади 24 июня 1945 года, — вспоминает Борис Федорович.- Мы стояли под Братиславой, когда нам в мае месяце объявляют о том, что решением правительства принято решение провести парад Победы наших войск в столице Москве.. Кого же будут отправлять? Нам сообщили, что от дивизии, в которой 10 000 человек отобрать одного офицера и 12-13 рядовых. Меня вызывают в штаб и говорят: „Вот командование полка и политчасть предлагают Вашу кандидатуру“.. Я был ошарашен. Вчера еще с винтовкой и пулеметом был, а тут на парад. Что и говорить! Потом проходил долгий отбор в вышестоящих инстанциях среди других офицеров, но меня утвердили и в середине мая нас будущих участников Парада Победы отправили в Москву. Мы прибыли на Белорусский вокзал. Как же нас встречали! Не хватит никаких слов, чтобы описать эту восторженную встречу! Потом месяц подготовки. Строевые занятия только ночные. Днем нам не разрешили, потому что днем Москва не дает возможности заниматься. Плачут, ревут. Представьте себе по 20 человек шеренга, а эти 20 человек все представители с фронта. Вот нас и перевели на строевые занятия в 2 часа ночи. 24 июня состоялся Парад Победы. Репетиция была на Ходынском поле. Нас каждый день проверяли маршалы и генералы армии. Вся верхушка все время проверяли каждое занятие. И нас перед 24 июня одели, обмундировали во все новое, во все парадное.

24 июня нас разбудили рано, мы позавтракали и тут начал моросить дождь, и все наше новое обмундирование намокло. Но все прошло прекрасно, торжественно. Самое ценное, самое приятное событие в жизни — это исторический парад Победы наших войск в Великой Отечественной войне 41-45 годов на Красной площади. Незабываемое впечатление!»

Из передовой статьи «Парад Победы» в газете «Вечерняя Москва» от 25 июня 1945 г. (ТАСС)

«...Чеканным шагом, держа равнение на мавзолей, проходят воины 2-го Украинского фронта. Во главе колонны Маршал Советского Союза Малиновский. Солдаты — богатыри прошли трудный и славный путь от Белгорода до Будапешта. Они освобождали Украину и создали там немцам знаменитый Корсунь-Шевченковский „котел“, они первыми дошли до границ нашей Родины и отбросили врага за ее пределы; они первыми вступили на территорию противника, а затем громили немцев в Румынии, в Венгрии. Они перешагнули десятки рек, прошли через седые Карпаты и после упорных боёв очистили от гитлеровских захватчиков столицу Венгрии — Будапешт.
Герои Будапешта! В их честь Родина отчеканила медаль „За взятие Будапешта“. Гвардии капитан Борис Тарасов со своим батальоном после жестокого боя овладел зданием венгерского парламента. Он форсировал Дунай и с группой бойцов первым ворвался в королевский дворец. Здесь каждый воин-герой, пронесший с честью боевое знамя, умноживший своими подвигами великую славу русского оружия....».

После недельного отпуска Борис Федорович вернулся в свою часть в Чехословакию, где он продолжил службу в должности командира усиленного стрелкового батальона. В конце июля 1945 года их часть отправили на войну с Японией, но в боях они не участвовали, война закончилась.

Затем последовала гражданская военная служба в городах Иркутске, Красноярске, а с 1948 года 13 лет беспрерывной службы в Челябинске-40 (сеодня г. Озерск), где Борис Федорович был начальником штаба полка управления военно-строительной части в. ч. 25763, которая выполняла строительно-монтажные работы на всех объектах города. Здесь на его долю выпали тяжелые дни по участию в ликвидации последствий аварии на ПО «Маяк». Вспоминая об этом, он только сказал, что иногда было труднее, чем на фронте. И это сказал человек, прошедший суровую Великую Отечественную войну. Он бесконечно жалел солдат, которым пришлось работать в таких тяжелых условиях. Только в 1961 году он смог вернуться в Москву к своим родным и близким, куда его перевели начальником штаба военно-строительного полка.

Демобилизовавшись из армии в звании полковника в 1974 году Борис Федорович продолжил работу в атомной отрасли сотрудником отдела кадров НИКИМТа, где параллельно возглавил работу Совета ветеранов. Его жена Зоя Федоровна 20 проработала в НИКИМТе экономистом. В 1999 году Борис Федорович вышел на пенсию и продолжил активную общественную работу. Только в 2012 году в возрасте 90 лет он окончательно оставил общественную деятельность, но и до сих пор продолжает встречаться со школьниками, призывниками, журналистами, рассказывая им о своей нелегкой, но героической судьбе, какая выпала на его долю. А нам остается только пожелать Борису Федоровичу Тарасову и его жене Зое Федоровне здоровья и радости в общении со своими детьми, внуками и правнуками.

Елена Козлова, ветеран атомной отрасли,
председатель Совета ветеранов АО «НИКИМТ-Атомстрой»,
член Союза писателей РФ