На ПО «Маяк»

все статьи
8

12 марта 2017

На ПО «Маяк» переработали топливо атомной подводной лодки, на которой служил озерчанин капитан III ранга Александр Ветлосёмин.

Ему часто снится одна и та же картина: атомная подводная лодка в надводном положении, рубка, пульт управления силовой установкой — атомным реактором, пуск двигателей и выход в море.

Наверное, никогда не предполагал и не думал капитан III ранга в отставке Александр Ветлосёмин, что почти через 30 лет после завершения службы он вновь услышит в Озёрске о своём боевом корабле... Из сообщений информационных агентств России:

«На ПО «Маяк» (Озёрск, Челябинская область) поставили амбициозную задачу — сделать линию переработки отработавшего ядерного топлива универсальной. На третью нитку радиохимического завода будет поступать топливо с атомных подводных лодок проекта 705 «Лира», реакторов ВВЭР-440 и ВВЭР-1000. Первой операцией на модернизированной нитке стала переработка уран-бериллиевого топлива с атомных подводных лодок. Раньше это топливо хранили, а сегодня «Маяк» — единственное предприятие в мире, которое его перерабатывает. Переработка уран-бериллиевого топлива — важнейшая работа в рамках Федеральной целевой программы обеспечения ядерной безопасности России».

20 лет службы в ВМФ СССР

Семья Ветлосёминых переехала из Кемеровской области в Озёрск в 1967 году. Отец — военный, был назначен начальником ветеринарной службы дивизии внутренних войск. Александр ходил в школу № 23 и даже не подозревал, что пионерский лагерь «Артек» так круто изменит его судьбу. Там отдыхал его друг, который взахлёб рассказывал о своих впечатлениях об отряде «Морской», интересной экскурсии в военно-морское училище Севастополя. В 10-м классе выпускнику школы Александру Ветлосёмину случайно попалась газета с объявлением о наборе курсантов в высшие учебные заведения военно- морского флота СССР в Ленинграде. «Меня словно ударило током, — вспоминает Александр Иванович. — Я написал заявление в военкомате, прошёл медицинскую комиссию в Кыштыме. И целый эшелон юношей, желающих стать офицерами, отправился из Челябинска в Северную столицу нашей страны. Вступительные экзамены в лагере на Финском заливе, здесь же курс молодого бойца. И вот мечта сбылась: я курсант факультета энергетических установок Высшего военно-морского инженерного ордена Ленина училища имени Ф. Э. Дзержинского. Кстати, училище тогда находилось в самом сердце Ленинграда — в здании Адмиралтейства на Дворцовой площади. На 5-м курсе я уже знал, что буду служить инженером-механиком, а если приземлённо — энергетиком-атомщиком на атомной подводной лодке совершенно нового проекта».

Из истории проекта 705 «Лира»:

Подводные лодки проектов 705 (строились в Ленинграде), 705К (строились в Северодвинске) «Лира» — по классификации НАТО — «Alfa», серия советских атомных подводных лодок. Небольшие высокоскоростные одновальные лодки с титановым корпусом не имели аналогов по скорости и манёвренности и были предназначены для уничтожения субмарин противника. Трудности в техобслуживании этих субмарин и сокращение финансирования в связи с началом перестройки в СССР привели к окончанию карьеры этих кораблей. Единственный в мире серийный проект атомной подводной лодки на реакторе с уран-бериллиевым топливом с жидкометаллическим теплоносителем. Максимальная скорость «Лир» составляла 41 узел (76 км/ч). «Лиры» могли преследовать любую субмарину и оторваться от любого преследования. На разгон до полного хода им требовалось всего около 1 минуты. Скорость лодки позволяла ей отрываться даже от многих противолодочных торпед, на циркуляцию с разворотом на 180° ей требовалось всего 42 секунды. На лодках имелась революционная для своего времени комплексная автоматизированная система управления — уникальная боевая информационно-управляющая система (БИУС) «Аккорд», позволившая сосредоточить все управление АПЛ на центральном посту. Таким образом, управление подводной лодкой, её боевыми и техническими средствами осуществлялось из главного командного пункта. Комплексная автоматизация обеспечивала решение задач применения оружия, сбора и обработки тактической информации, боевого маневрирования, воспроизведения внешней обстановки, кораблевождения, автоматического и дистанционного управления техническими средствами и движением. За более чем 20 лет службы при борьбе за живучесть не погибло ни одного человека. За время эксплуатации на одной подлодке произошла серьёзная авария с главной энергетической установкой — затвердевание теплоносителя первого контура. Ни один из кораблей не был потерян. Всего было выпущено 7 атомных подводных лодок проекта 705 «Лира». В 1974 году после завершения учёбы в Высшем военно-морском инженерном ордена Ленина училище имени Ф. Э. Дзержинского лейтенант Александр Ветлосёмин отправился в Западную Лицу, где располагался отдел кадров 1-ой Краснознамённой флотилии атомных подводных лодок. Нужно было получить распределение на боевой корабль. Но должность, на которую «сватали» молодого офицера, была уже занята. И снова учёба в специальном центре в Сосновом Бору. А затем назначение старшим инженером управления движения подводной лодки проекта 705 «Лира». — Такой должности ранее на других проектах советских атомных подводных лодок не было, — отмечает Александр Иванович.

— У американцев на рулевом управлении были только офицеры. Советский флот пошёл по такому же пути. 29 декабря 1979 года наша лодка К-373 была сдана в эксплуатацию и заступила на боевое дежурство. Единственным вооружением проекта 705 «Лира» были торпеды — шесть аппаратов в носовой части боевого корабля. Подлодка создавалась для охоты за вражескими субмаринами и дуэльных ситуаций. Лодка получилась небольшая, водоизмещением чуть более 3000 тонн, с одним винтом и компактной обтекаемой рубкой. Стремительными очертаниями «Лира» напоминала крупного морского хищника. Титановый корпус снижал заметность и массу подлодки, резко увеличивая скорость и маневренность. В конструкции субмарины применены революционные на тот момент решения. Силовая установка получилась легкой (масса реактора на 300 тонн меньше, чем у других атомных подводных лодок) и компактной. При этом сложность конструкции «Лиры» вошла в легенды. Управление подлодкой максимально автоматизировали. Механизировали даже камбуз, благодаря чему экипаж по сравнению с обычными атомными подводными лодками сократился до 30 человек. Отсутствовали вахтенные в отсеках — контроль всех систем параметров осуществлялся из центрального поста. Но три мичмана постоянно обходили все помещения. А боевая смена состояла всего из восьми человек. На «Лире» впервые появилась спасательная капсула: при аварии экипаж переходил во всплывающую рубку. «В дальние походы мы не ходили, — вспоминает Александр Ветлосёмин. — На полигон подо льдами в Баренцевом море и в Атлантику. Автономность небольшая — всего 50 суток. Года два экипаж притирался. А затем в эпоху «глобального разоружения и перестройки» мою должность на К-373 сократили. В другом, сменном, экипаже этой лодки произошла авария — единственная за всё время осуществления проекта 705 «Лира». Меня же перевели на плавучий судоремонтный завод. В военно-морском флоте СССР служил 20 лет. В конце 1989 года в звании капитана III ранга запаса вернулся в Озёрск».

Дальнейшая судьба К-373 и проекта 705

Из официального пресс-релиза Госкорпорации «Росатом»: «В сентябре 2009 года на бывшей береговой базе ВМФ России в Гремихе (ФГУП «СевРАО») состоялась выгрузка отработавших выемных частей реактора на жидкометаллическом теплоносителе АПЛ К-373 — субмарины проекта 705 с невыгруженной активной зоной. В 1989 году в результате аварии в реакторном отсеке АПЛ судно было признано непригодным для дальнейшей эксплуатации. Подлодка была выведена из боевого состава Военно-морского флота РФ и переведена в режим ожидания по дальнейшему техническому решению, связанному с ядерно-энергетической установкой. Первоначально специалисты предусматривали возможность хранения реакторного блока без выгрузки на берегу более 100 лет. Но такое решение, вследствие дополнительной нагрузки на обеспечение ядерно-радиационной безопасности Северо-Западного региона России, было пересмотрено... Вывоз ОЯТ на последующую переработку и утилизацию — это не разовая акция, а продолжение масштабной программы Госкорпорации «Росатом» по минимизации последствий атомного наследия советских времен на экологию страны, направленной на обеспечение ядерной и радиационной безопасности Северо-Западного региона России». Все лодки проекта 705 «Лира» были выведены из состава флота в 1990 году, кроме К-123, проходившей капремонт до 1992 года. Она была исключена из списка кораблей только в 1997 году. Уран-бериллиевое топливо с реакторов атомных подводных лодок проекта 705 «Лира» переработано на ПО «Маяк» в ноябре-декабре 2016 года.

Оглядываясь назад

«Сейчас, оглядываясь назад, следует признать, что был создан уникальный корабль, в котором были использованы революционные, намного опережающие своё время технические решения, — отмечает Александр Ветлосёмин. — Атомные подводные лодки проекта 705 сыграли огромную роль в дальнейшем развитии проектирования и постройки многоцелевых боевых кораблей следующих поколений. К сожалению, отсутствие чётко налаженного и надёжного обслуживания реакторов с жидкометаллическим теплоносителем, неоднозначное отношение в то время к проекту среди военного руководства, а потом и «перестройка» с последовавшим всеобщим развалом советской армии, сыграли роковую роль в судьбе этих кораблей и ядерных энергетических установок с жидкометаллическим теплоносителем». Озерчане, прежде всего, помнят Александра Ветлосёмина как принципиального и успешного директора, возглавлявшего городской молокозавод на протяжении 12 лет. Но это уже другая не менее интересная история.

Текст: Андрей Краснов
Фото: архив Александра Ветлосёмина
Газета «Вестник «Маяка», № 3 от 03 февраля 2017 года