День основания Российского военно-морского флота

все статьи
93

28 октября 2013

(20) 30 октября 1696 года Боярская Дума по настоянию Петра I приняла решение о создании регулярного военно-морского флота России: «Морским судам быть». Этот день и принято считать днем основания Российского военно-морского флота.

В то время в России развернулось военное кораблестроение, суда строились в Воронеже и Петербурге, на Ладоге и в Архангельске. Были созданы Азовский и Балтийский флоты, позже — Тихоокеанский и Северный.

Во 2-й половине 18 — начале 19 века Российский военно-морской флот по количеству боевых кораблей вышел на 3-е место в мире, постоянно совершенствовалась тактика боевых действий на море. Это позволило русским морякам одержать ряд блестящих побед.

В годы Великой Отечественной войны советский флот выдержал суровые испытания и надежно прикрывал фланги фронтов, громя фашистов на море, в небе и на суше. Моряки-подводники, морские летчики и воины частей морской пехоты вписали новые страницы в историю морской славы Отечества.

Современный Российский военно-морской флот имеет надежную боевую технику: это мощные ракетные крейсеры, атомные подводные лодки, противолодочные корабли, десантные суда и самолеты морской авиации. Эта техника эффективно работает в умелых руках наших военно-морских специалистов. Российские моряки продолжают и развивают славные традиции военно-морского флота России, имеющего уже 300-летнюю историю.

ГК Росатом тесно связана с Военно-морским флотом, особенно с наиболее мощной его составляющей частью — атомным подводным флотом. Атомная отрасль стояла у истоков создания атомных подводных лодок и в настоящее время курирует по многим направлениям. Очень многие бывшие подводники после отставки продолжают свою трудовую деятельность уже в составе предприятий Росатома, принося огромную пользу отрасли.

Предлагаем вниманию читателей воспоминания одного из таких отставных подводников, капитана второго ранга в отставке Сытника А. Н., долгое время после отставки работавшего в г. Электросталь в ОАО "Машиностроительный завод", возглавляя военное представительство. Ему посчастливилось участвовать в первой мире экспедиции на атомной подводной лодке к Северному полюсу, осуществив всплытие на точке 90°00’00» северной широты.

Земной шар под ногами

Штурмовать Северный полюс человечество начало еще в начале XIX века, С каждой экспедицией путешественники все ближе подходили к самой верхней точке Земли. Некоторые исследователи Севера, такие как Кук и Пири, заявляли о достижении ими полюса, однако они не смогли предоставить убедительных доказательств. Первыми людьми, ступившими на Северный полюс и чьё достижение не подвергнуто сомнению, стали участники советской воздушной экспедиции «Север-2». 23 апреля 1948 года, вылетев на трёх самолётах с о. Котельный, они приземлились (приледнились) практически на точку 90°00’00″ северной широты.

С той даты Северный полюс уже неоднократно покорялся людям. Одной из самых заметных дат в его летописи стало 29 сентября 1963 года, когда, проломив рубкой лед, на «вершине мира» всплыла советская атомная подводная лодка «К-181». Об этом необычном событии рассказывает их непосредственный участник, наш земляк, капитан II ранга Василий Дмитриевич Сытник.

Подъем гюйса

В 1952 году я поступил в Севастопольское высшее военно-морское инженерное училище на паросиловой факультет. В 1954 году весь наш факультет перевели в Высшее военно-морское инженерное училище в Ленинграде. В то время в СССР уже начались работы по созданию первой атомной подводной лодки, закладка которой на стапеле Севмашзавода в г. Северодвинске состоялась 24 сентября 1955 года. Естественно, сразу же возник вопрос о кадрах для атомных субмарин, и в ленинградском училище в обстановке строгой секретности впервые нам начали читать курс «Атомные энергетические установки». И диплом я защищал по этой же теме.

Однако после окончания училища наш курс в основном получил распределения на надводные корабли, и меня в марте 1958 года назначают командиром машинной группы на крейсер «Куйбышев» Черноморского флота. На нем я прослужил до ноября 1960 года, когда руководством страны было принято решение о резком сокращении надводного флота, и крейсера начали резать на металлолом. Крейсер «Куйбышев» перевели в разряд учебного корабля, и служить на нем стало как-то неинтересно. Меня вызвали в отдел кадров и предложили перейти на атомную подводную лодку, на что я с радостью согласился. После шестимесячных курсов в Ленинграде был сформирован экипаж корабля, который прошел обучение еще и на годичных курсах в Обнинске. По их завершении в 1962 году мы поехали в составе экипажа на нашу строящуюся торпедную атомную подводную лодку К-181 на Севмашзавод. Меня назначили командиром реакторного отсека и командиром группы дистанционного управления, поэтому я отвечал за приемку сварки, механизмов и приборов в пятом, реакторном, отсеке.

Наш экипаж фактически был для завода основным приемщиком, так как моряки знали, что на этой подлодке им служить, и их отношение к качеству выполняемых судостроителями работ было самое серьезное. По завершении строительства на АПЛ К-181 был поднят флаг: в торжественной обстановке его поднимал командир корабля, а мне был доверен подъем гюйса.

Наконец, после проведения всех положенных испытаний в конце 1962 года лодка вошла в состав Военно-морского флота страны. Местом ее базирования стала Западная Лица.

Подготовка

Почти сразу перед нами была поставлена задача всплытия на Северном полюсе. К тому времени в 1958 году американская подводная лодка сделала такую попытку, но из-за тяжелой ледовой обстановки всплыть им удалось только в 40 милях от полюса. Советский Союз решил продемонстрировать свои достижения, и экипаж нашей АПЛ начал готовиться к походу. Летом 1963 года подлодка вернулась на судостроительный завод в Северодвинск, где произвели усиление ограждения корпуса рубки, поскольку предполагалось ею проламывать лед при всплытии.

Кроме того, на лодке установили два комплекта акустических эхоледомеров, позволяющих из глубины с большой точностью измерять расстояние до льда и его толщину. В дополнение к ним разместили телевизионную аппаратуру, чтобы можно было в подводном положении по телевизору рассматривать ледовую поверхность.

Но самое главное, что на лодке установили новейшую навигационную систему «Сигма». На Северном полюсе и в высоких широтах обычные навигационные приборы — гироскопические и магнитные компасы — оказываются практически бесполезными из-за погрешности в измерении местоположения корабля. Основу же системы «Сигма», кроме трех гирокомпасов, составляли объединенные с ними три гироазимута. При маневрировании в высоких широтах курсоуказание переключается на них. Так что помимо политической цели поход АПЛ «К-181» преследовал и техническую: испытание «Сигмы» в реальных походных условиях.

Из вооружения на борт были взяты 4 торпеды. Стрельб ими проводить не планировалось, а предназначались они для внештатных ситуаций: если бы возникла необходимость экстренного всплытия лодки, находящейся подо льдами, то теоретически торпедами можно было пробить выход на поверхность. Конечно, в реальности надежды на торпеды было бы мало, так что они были больше для успокоения души.

Подлодка и лед

Атомные подводные лодки и Северный Ледовитый океан были как бы созданы друг для друга. Энергия атомного реактора давала возможность длительного нахождения корабля под водой без всплытия, а лед служил надежной защитой от чужих глаз и приборов. АПЛ имела возможность уйти под лед и приледниться: лодку делали легче, и она прижималась ко льду. В таком положении она могла находиться сколь угодно долго, а в назначенное время всплыть и нанести удар по врагу.

Благодаря полыньям и разводам лодка заходила далеко в ледовое поле. При необходимости всплытия подо льдами сбавлялась скорость, и судно подвсплывало на глубину 50 метров. На меньшую глубину подниматься было опасно, так как существовала вероятность натолкнуться на ледяные сталактиты. При наблюдении подо льдом через перископ в светлое время суток, казалось, будто над нами проплывают облака: темное облако означало толстый лед, посветлее — тонкий молодой. Ну а если поверхность серебристо-зеленая — это чистая вода. Подключали и телевизионную аппаратуру, а также шли на некоторые ухищрения — пускали пузырьки и смотрели, как они проходят.

Перед экипажем стояла задача найти полынью как можно ближе к Северному полюсу. Здесь необходимо отметить, что за год до нас, в 1962 году, поход к Северному полюсу осуществила АПЛ «К-3». Однако всплыть на поверхность ей помешал плотный ледяной покров, толщина которого составила порядка 4,5 метра — его не пробить. Вскоре после арктического похода подводной лодке «К-3» было присвоено название «Ленинский комсомол».

Земной шар под ногами

Поход АПЛ «К-181» стартовал 25 сентября. Подлодка шла с большой скоростью: сначала 16 узлов, потом 20 узлов, а когда до Северного полюса оставалось около мили, скорость уменьшили до 6 узлов, подвсплыли на допустимую глубину и стали внимательно следить в перископ. И нам повезло — была обнаружена довольно обширная полынья, которую, правда, покрывал лед толщиной 30-40 сантиметров. Подлодка остановилась под ней и приледнилась. Затем продули среднюю группу цистерн главного балласта и проломили лед рубкой, ледяной покров сопротивлялся недолго.

Командир АПЛ капитан II ранга Ю. А. Сысоев попытался открыть верхний рубочный люк, что оказалось делом непростым, так как он был завален глыбами льда. Открыв с трудом люк и убедившись, что все в порядке, командир дал команду продуть носовые и кормовые цистерны балласта, и лодка всплыла в крейсерское положение. О достижении Северного полюса было объявлено по кораблю, радости всей команды не было предела: мы — на Северном полюсе! Ощущение такое, будто под нами весь Земной шар и все меридианы сходятся в одну точку — к нам.

Мы пришли к полюсу 29 сентября в 6 часов утра по московскому времени, а в 6-50 всплыли. «На улице» было минус 14 градусов, ветер — 4 балла. Видимость не то чтобы плохая, но, как это утром бывает, висело марево. В этих широтах наступала полярная ночь. Шел небольшой снежок, стояла полная тишина. Глубина под нами была более 4-х километров.

Командир сначала сомневался, можно ли экипажу сходить на лед, опасаясь ледовых подвижек, но потом опустили трап. Кто стоял на вахте, те остались, а все остальные сошли на «берег», потом кто был на вахте — сменился, и так на полюсе побывали почти все. В полынье мы простояли 4,5 часа.

На высоких древках на льду установили государственный и военно-морской флаги и оставили пенал с записью, что здесь побывала советская атомная подводная лодка «К-181».

Настроение у всех было хорошее, веселое, моряки подшучивали друг над другом: «В какую сторону юг?» Один говорит — сюда, другой — нет, вот сюда. А потом все смеялись, так как на полюсе юг в любую сторону. Мы даже там немножко мяч погоняли, поиграли в футбол прямо по льду, побегали, порезвились...

Кстати, трап установили не очень удачно, и штурман, спускаясь на лед, свалился в воду. Температура воды была минус 1,5 градуса. Его достали, согрели... А потом смеялись, что он стал единственным человеком в мире, искупавшимся на Северном полюсе.

А закончилось все праздничным обедом, который приготовили нам коки.

Награды

Обменявшись с землей радиограммами, лодка погрузилась. Конечно, было опасение, что она может застрять во льду, но погружение прошло нормально. Лодка взяла курс на базу и через 9 суток и 3 часа мы вернулись к причалу, от которого отплывали.

Поход АПЛ «К-181» был признан успешным. Командир корабля и командующий Северным флотом адмирал В. А. Касатонов, участвовавший в этом походе, были удостоены звания Героя Советского Союза, а весь личный состав был награжден орденами и медалями. Я был награжден орденом Красной Звезды.

Лодка впоследствии также получила награду. АПЛ «К-181» впервые осуществила в Атлантике удачный поиск и относительно длительное слежение за «фактическим противником» — ударным авианосцем «Саратога» с кораблями охранения. Лодка в течение четырех суток «сидела на хвосте» у американского корабля, шла и за ним, и под ним, акустик записывал шумы — и так до берегов США... До сих пор помню свои ощущения от того, что я видел в перископ при всплытии лодки рядом с бортом авианосца, — впечатляющая громадина! В 1968 году в ознаменование 50-летия Вооруженных сил СССР наша лодка награждена орденом Боевого Красного Знамени, став первым в послевоенной истории кораблем, носившим на своем флагштоке орденский военно-морской флаг.

Самое яркое воспоминание

В 1967 году я покинул К-181, получив назначение командиром электромеханической части на атомную подводную лодку уже второго поколения, проекта 667А. В 1973 году по семейным обстоятельствам оставил службу на флоте и получил назначение в Электросталь на Машиностроительный завод в представительство заказчика. В запас ушел в 1985 году с должности руководителя представительства. А потом еще 10 лет работал в цехе № 55, в 247 корпусе, занимаясь проведением испытаний активных зон, снятием характеристик, был старшим мастером ОТК. В 1995 году ушел на пенсию.

Всплытие на АПЛ «К-181» — наверное, самое яркое событие в моей жизни, но есть и другие воспоминания. Остались в памяти и аварии, и различные критические ситуации... Сейчас, общаясь с сослуживцами, часто вспоминаем, конечно, и поход на Северный полюс, и невзгоды, и многие другие приключения, которые случались с нами в море.

Материал подготовил ведущий специалист
иcполнительной дирекции МОДВ АЭП Бушмелев В. Ю.

Источники: газета «Энергия» ОАО «МСЗ», г. Электросталь,
http://www.calend.ru/